Отрывок из заключительной части сценария «Жезтырнак»

Таласбек АСЕМКУЛОВ

    Казахи победили в сражении с калмыками. Казахский батыр Байбура ищет своих сыновей – калмыцких мальчиков, попавших в плен к казахам в раннем детстве и усыновленных Байбурой. Очир и Самбу участвовали в своем первом в жизни сражении в составе полка юных воинов – уланов.

65-й эпизод

Байбура едет по полю усеянному трупами и спрашивает у всех встречных:
– Не видели Очира и Самбу?
Наконец один старый батыр взяв его коня под уздцы смотрит ему в глаза с невыразимой грустью и говорит:
– Крепись, сын мой Байбура. Уланы все погибли.
Байбура отшатывается.
– Как погибли? – переспрашивает он внезапно  охрипшим голосом.
Батыр печально объясняет.
— Дело молодое. Уланы увлеклись рубкой и слишком далеко оторвались,  И попали в окружение.  Ветераны  пытались прорваться  к ним. Да и прорвались они.  Но было уже поздно.
— Где они?- побледнев спрашивает Байбура.
— Вон там, за той речушкой, у опушки леса,- говорит батыр и смахнув  слезу  отворачивается, и едет дальше. 
Байбура рысью переходит речку  и  застывает пораженный. Весь полк уланов  порублен.  Невдалеке  лежит командир уланов, старый батыр.  Сойдя с коня, Байбура,  шатающейся  походкой  спотыкаясь и переступая  через  трупы идет  по опушке.  И вот наконец он находит своих сыновей. Очир и Самбу  лежат рядом.  Кожаные панцири  на них посечены сабельными ударами.  Оба умерли  с оружием в руках  и с улыбкой на устах.  Байбура с каким-то звериным ревом падает на них. И плачет,  плачет безутешно, обнимая  головы своих  сыновей. Подходит один воин. Он смотрит на плачущего  Байбуру, потом отворачивается и уходит.

66-й эпизод

Казахи грабят и истребляют огромное калмыцкое  кочевье.  Никого не щадят,  убивают стариков, старух, мужчин.  Моодых  женщин, девушек, тащат за волосы, связывают им руки и кидают  в телеги.  Забирают и девочек. В телеги также грузят маленьких мальчиков. Мальчиков постарше ставят рядом с телегой и тех, чей рост оказывается выше тележной оси, убивают. Прямо посередине  кочевья стоит огромная толпа людей, около трех тысяч человек, в окружении казахских воинов. Это разоруженные остатки калмыцкого войска.  Казахские воины стоят, окружив их, и держат руки  на рукоятках сабель готовые по первому приказу истребить их.  Вправив стрелы в луки стоят лучники. Ужасная  ненависть  витает над этими людьми.
Байбура шатаясь идет по кочевью.
— Что вы делаете?  Что вы делаете?- шепчет  он окровавленными губами,- Остановитесь, люди! Что вы делаете?
Внезапно он видит  страшную  картину.  Казахский воин  выволакивает  из юрты калмыцкого мальчика лет девяти, и схватив его за косичку  заставляет стать на колени и опустить голову. Правой рукой  вынув саблю  заносит ее над головой мальчика.
— Что ты делаешь?- ревет Байбура,- Остановись!
Еще мгновение и сабля могла отсечь голову мальчика. Байбура  молниеносно выхватывает свою саблю  из ножен и отбивает удар  разъяренного воина.
— Ты что делаешь, зверь!- ревет он. Воин отпустив мальчика  набрасывается на Байбуру.
— Ты что, заступаешься за врага!- рычит он и косо рубит Байбуру.  Байбура отбивает удар и начинается  поединок.  К месту сражения  спешат другие воины.  Подходит командир  левого крыла батыр Сармантай.
— Байбура, в чем дело! Прекратите  поединок, батыры!- кричит он,- Да разнимите  же их наконец!
— Ты зверь! – кричит Байбура
— Это враг! – рычит в ответ  воин,  пытаясь вырваться,-  Ты заступаешься за врага.  Я убью тебя.
— Какой же это враг? Это же ребенок,- говорит Байбура. – Ты потерял разум.
— Нет, это ты потерял разум,- отвечает немного  успокаиваясь  воин,- Никакой  это не ребенок.  Отвернись, и он тебя зарежет  за милую душу, этот калмычонок.  
Сармантай смотрит  в залитое слезами  лицо Байбуры.
— Я склоняю голову перед твоим великим  горем и скорблю  вместе с тобой, Байбура,- грустно говорит он,- Но кроме смерти своих сыновей ты ничего  не видишь. Кровь  застлала тебе глаза.
— Посмотри на них,- Сармантай обводит  рукой кочевье и мародерствующее  воинство. — Каждый  из них  кого-то  терял. И каждый из них любил  своих родных  и близких не меньше твоего. Посмотри, разве они остановятся пока не отомстят, пока не напьются  вражеской крови.
Все молчат, и старые  воины стараются не смотреть на сломленного горем Байбуру и отводят  глаза.
– Идем со мной,- говорит Сармантай.
— Куда? – равнодушно и одновременно  горестно  спрашивает Байбура.
— Идем. Ты должен это увидеть,- говорит Сармантай.
Они идут  в лес. На небольшой поляне открывается вход в большую пещеру. Сопровождающий  воин запаляет факел и подает  Сармантаю.  Сармантай делает  знак воину остаться и они  вдвоем с Байбурой  входят  в пещеру. Сармантай идет впереди освещая путь. Метров через двадцать впереди замаячили  какие-то фигуры.
— Смотри, Байбура,- говорит Сармантай.
Перед Байбурой открывается страшная картина.  Все пространство     пещеры заполнено  человеческими чучелами.
– Что это, Сармантай ? – спрашивает Байбура с остановившимися глазами.
– Это человеческие чучела,- спокойно объясняет Сармантай,- Они живьем снимают кожу с человека. Видишь, сохраняют глаза, ногти. Все как у живого человека. И хранят здесь.
– О, Аллах ! – Байбура прислоняется к стене.
– Идем дальше, — Сармантай идет по тропинке внутри пещеры попе-ременно освещая чучела.- Смотри. Помнишь, двенадцать лет назад, мы посы-лали посольство к калмыкам. И с ними был наш мулла Омар. Они не вер-нулись. Вот они. И вот наш мулла Омар.
– Здравствуйте, братья,- говорит вдруг Сармантай с повлажневшими глазами, обращаясь к чучелам.
– А вот и мой сын, Ахингерей,- говорит Сармантай, становясь возле одного чучела.
– Позавчера они ушли в разведку и не вернулись. Все они попали в плен. Они пытали их. Они надругались над ними.
Сармантай долго смотрит на чучело Ахингерея.
– Да, я знаю, кто мы, и где мы находимся,- говорит он.
В голосе его нет слез.
– Мы на войне. Но даже когда стоишь по колено в крови и тебя воротит от нее, нельзя терять рассудок. Потому что, ты воин, – Сармантай испытующе смотрит на Байбуру.
Байбура ослеплен увиденным.
– Но даже в этом случае мы не палачи,- шепчет он, –  Разве на тебя не одевали змеиную кожу в детстве.
– Да, одевали. Да, мы не палачи,- говорит Сармантай. – Но быть благородным воином,  это не означает прощать кровавые преступления врага.
Факел догорает в его руках. Он медленно идет к выходу.
– Это зверье будет наказано соответствующим образом,- говорит он.– Уж не взыщи.

67-й эпизод

Сармантай и Байбура подходят к пленным калмыцким воинам.
– Кто пытал и убивал разведчиков ? – спрашивает Сармантай.
Один из казахских воинов повторяет его вопрос на калмыцком языке. Среди пленных пошли расспросы.
– Вы же благородные воины,- говорит Сармантай,- отвечайте же. Или же вы трусы ?
Из толпы выходят восемь человек во главе со старым калмыцким батыром.
Сармантай обращается к переводчику.
– Спроси у них, это действительно они или нет. Мне кажется они и не догадываются, что их ожидает.
Переводчик уточняет. Калмыки кивают головами, подтверждая сказанное. Старый калмыцкий батыр с тяжелой ненавистью смотрит на Сармантая. Сармантай подходит к нему.
– У тебя не хватило благородства убить их просто так, одним ударом сабли,- спрашивает он у калмыцкого батыра, с каким-то равнодушным презрением.  – Зачем ты это сделал ?
Калмык что-то отвечает, не сводя свинцовых глаз с Сармантая.
– Он говорит, что так положено,- быстро переводит толмач.
– Положено,- говорит Сармантай задумчиво,– Положено от кого?
Подойдя вплотную к калмыку, он долго смотрит ему в глаза.
 Бедный и несчастный человечек,- говорит он,- ты хотел напугать наших воинов. Не то, что ты – мясник, нас даже сам дъявол не может напугать.
– Всех на кол,- говорит он отходя от  них.
Под дикие вопли всех восьмерых калмыков сажают на кол. Байбура отворачивается. Насаженные как на вертел калмыки, валяются на земле и корчатся от боли.
– Положите хворост, сверху тоже навалите побольше хвороста,- приказывает Сармантай.
Воины выполняют сказанное. Все бледны.
– Не бледнеть,- говорит Сармантай.
Он подходит к куче хвороста. Из кучи торчит голова старого калмыцкого батыра.
– Через несколько мгновений вы взлетите на небеса и встретитесь там со своим войлочным Тенгри,- говорит он. – С Богом !
Один воин запаливает хворост.
Мгновенно загорается огромный костер.
Воины защищая лицо от жара отступают. Слышны крики из костра.
Сармантай машет рукой воинам, охраняющим пленных калмыков.
– Всех в расход !
Начинается бойня. Калмыки с голыми руками кидаются на казахов. Казахские воины рубят их наотмашь, расстреливают из луков. Через некоторое время только трупы валялись на месте побоища.
– Похоронить наших павших воинов,- говорит Сармантай.

68-й эпизод

Огромный ханский шатер на сорока подпорках. Идет пир. Пирует весь военный лагерь. На огне стоят огромные казаны. В них варится мясо. Воины преходят от одного костра к другому  и угощаются мясом, кумысом. Небо озарено великим множеством костров.
В шатре сидят туменбаши-десятитысячники, тысячники, пятисотники, сотники, начальники десяти воинов, все уцелевшие в бою командиры.
Огромный дастархан. Все пьют, веселятся. В центре сидит хан. Он встает с места и все замолкают, и встают с чашами в руках.
—    Воины! – говорит хан зычным голосом, — Осушим же эти чаши с кумысом за упокой наших братьев погибших в этой войне! Они не жалея своих жизней, не жалея  своей крови бились насмерть и умерли с оружием в руках! Они умерли праведной смертью! Слава им! Кровь их священна! Кто если не они увидит лик Всевышнего! Пухом земля им! Аруақтарға тие берсін!
Все стоя пьют. Потом садятся. Хан поочередно вызывая полководцев к себе угощает мясом из своих рук.
Перед ханом выступают сказители, певцы. Потом выходит домбрист и играет прекрасный печальный кюй. И будто духи умерших воинов прощаются со своими родными и близкими, и улетают в небо, настолько печальна и нежна мелодия, льющаяся из пальцев домбриста.
  

69-й эпизод

Хмельной от кумыса Байбура выходит из шатра и идет к кромке леса. Выйдя из-за густых деревьев он смотрит вниз, на равнину. Полнолуние. Равнина ярко освещена, лунным светом. Идет звериный пир. Медведи, волки, карсаки и лисицы, вороны пируют на бесчисленных трупах. Слышны только урчание, рев, треск ломаемых костей. Под лунным светом переливается шерсть диких зверей.
—    О, Аллах! – шепчет Байбура.
—    Занятная картина,- говорит кто-то рядом.
Байбура вздрагивает и оглядывается. Это Сармантай. Он долго смотрит на звериный пир.
—    Калмыки никогда не хоронят умерших,- говорит наконец он,- Они бросают их в степи на съедение диким зверям. То есть выходит, мы похоронили их по всем правилам.
Они еще долго стоят и наблюдают эту страшную картину.
– Где тот калмыцкий мальчик  ?- спрашивает Байбура.
– Где же ему быть, там среди пленных, — отвечает Сармантай
– Отдайте его мне,- говорит Байбура.
– Бери,- говорит Сармантай,- Только вряд ли у тебя что получится. «Не родил – не сын, не купил – не раб»  говорили наши предки.
– Ну что ж, иди, веселись,- говорит он потом резко встряхнувшись,- завтра в обратный путь.
 

70-й эпизод

Войско сложив шатры и нагрузившись награбленным добром покидает калмыцкий край. Байбура ведет на поводу трех верблюдов. На одном из верблюдов, поверх скарба сидит калмыцкий мальчик. Из ханской ставки скачет посыльный. За ним спешит еще один воин. Они направляются прямо к Байбура.
– Байбура, — подскакав говорит возбужденно посыльный,- Хан благодарит тебя и посылает из своей добычи калмыцкого иноходца и одного верблюда с подарками.
Он делает знак и следующий за ним воин подводит иноходца и верблюда.

71-й эпизод

Байбура долго едет. К вечеру он достигает знакомой пещеры. Пройдя в пещеру и прочитав молитву, он разжигает костер. Достав из переметной сумы несколько больших кусков мяса, он нарезает их и ставит кучку перед мальчиком. Внезапно перед его глазами всплывает картина, как он, еще  молодым вместе с Отамалы ночевал в пещере, и как он угощал мясом совсем маленьких Очира и Самбу. Он даже видит явственно, как малыши укладываются под волчьей шубой и обнявшись засыпают. Он роняет нож. Слезы застилают глаза.
– Как твое имя ? – спрашивает он мальчика.
– Бадмай,- отвечает мальчик.
– Сколько тебе лет ?
– Девять.
– А моим Очиру и Самбу было всего по два года,- говорит он задумчиво глядя в огонь очага,- Они были близнецы.
– Двенадцать лет назад, вот здесь, они ночевали, укрывшись одной шубой,- говорит он потом,- Когда это было. А теперь их нет.

72-й эпизод

Костер догорает.
– Ну что ж, Бадмай, будем спать,- говорит Байбура.
Они укладываются. Некоторое время молчат.
– Ты увидишь наши горы и степи, наши реки и озера,- говорит Байбура, засыпая,- Ты полюбишь свою новую родину.

73-й эпизод

Раннее утро. Байбура спит крепким или как говорят казахи, «позорным» сном, ни о чем не думая, и ни о чем не догадываясь.
А мальчик давно уже не спит. Он осторожно наблюдает за спящим батыром, и подмечает все. Он видит, что пояс с оружием он положил с правой стороны, почти у стены пещеры, и что кинжал на защелке, и беззвучно вытащить его из ножен невозможно. Он видит также, что сабля немного, всего на пол-вершка вынута из ножен. Он также знает, что боевой конь батыра, почуяв неладное, может заржать, подать знак Байбуре. Он осторожно оглядывает батыра и видит, как из широкого голенища левого сапога торчит навершие кинжальной рукоятки. Но вытащить кинжал из сапога не разбудив хозяина, невозможно. Он долго думает и наконец придумывает. Он встает и садится на кошму. Конь Байбуры поднимает голову и смотрит некоторое время на мальчика. Но Бадмай сидит неподвижно. Глаза коня привыкают к картине, и он опускает голову и продолжает жевать. Бадмай встает на карачки, медленно ползет и достигнув пояса с оружием, не делая лишних и резких движений снова садится и застывает. Конь на этот раз чуть дольше смотрит на мальчика. Но Бадмай опять неподвижен. Конь снова начинает жевать. Теперь Бадмай медленно, очень медленно сантиметр за сантиметром начинает вынимать саблю из ножен. Наконец сабля вынута и лежит на кошме, переливаясь на свету узорным лезвием. Дело сделано. Бадмай молниеносно хватает саблю и вскочив заносит клинок над Байбурой. В это время в пещере раздается ужасный женский крик.
– Байбура !
Байбура открыв глаза, видит мчащийся на него клинок. Срабатывает реакция воина. Он мгновенно перекатывается и  вскакивает на ноги. Сабля вонзается в кошму. Байбура поражен.
– Ты…- говорит он не веря своим глазам,- Что ты делаешь ? Ты хотел меня убить ?
Бадмай бросается в атаку. Байбура еще более поражен его недетским мастерством владения саблей. Он еле успевает  отбить  удар предплечным  панцирем.  Бадмай наносит  удар за ударом. Байбура  отступает  и, наконец, добирается до копья. Одним ударом копья он выбивает саблю из рук Бадмая. Вторым ударом он валит его  и  навалившись  сверху плотно  прижимает  его к земле.
— Что ты делаешь?- горестно кричит он, схватив  Бадмая за косичку и тыкая его лицом в землю,- Что ты делаешь,  гаденыш?  Ведь я спас тебя от смерти!
— Проклятый кассах! Убей меня, или же  я убью тебя!- кричит Бадмай пытаясь  вырваться из рук Байбуры.
Байбура связывает ему руки за спиной.
— Послушай,- пытается объяснить  он мальчику,- Ведь я спас тебя от смерти,  понимаешь ты это или нет?
Бадмай молчит и с такой ненавистью  смотрит на Байбуру, что тот не выдерживает и отворачивается.
— О, Аллах, отведи мою руку от греха,- шепчет он.
Потом он  берет  Бадмая за ворот  его  грязной  кожаной рубахи.
— Пойдем.
Когда они выходят из пещеры Байбура оборачивается назад.
— Касем, я знаю, это — ты. Спасибо тебе,- говорит он в пространство пещеры.

74-й эпизод

При этих словах Байбуры, Касем сидя у себя в юрте кивает головой  и печально улыбается.

75-й эпизод

Байбура выводит Бадмая далеко в степь  и развязывает ему руки. Наступает молчание. Бадмай продолжает с ненавистью  смотреть  на Байбуру.
— Я знаю — ты  вернешься,- говорит Байбура,- Ты  повзрослеешь, возьмешь меч своего отца и вернешься. Но запомни,  когда ты вернешься сюда  с оружием  в руках, тебе не будет пощады.  Ступай.
Калмычонок поворачивается и идет на восток. Останавливается, оборачивается, и идет дальше своей дорогой.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*