Вступление к книге С.Кондыбая «Казахская степь и германские боги»

Зира Наурзбаева

«О, Тенгри! Прежде благосостояния, верни казахам чувство чести! Благослови потомков Казаха и Казахстан!»  Этой молитвой Серикбол Кондыбай начал последнюю свою книгу – четырехтомник «Мифология предказахов». Последняя его статья, написанная за три месяца до ухода и представляющая своего рода  научное и гражданское завещание, называется «Закон чести». Как и многих из нас, Серикбола тревожили цинизм и равнодушие, безответственность и потребительство, преобладающие в современном казахстанском общественном сознании. Выход из этой ситуации он видел в том, чтобы через актуализацию бессмертных архетипов казахского сознания, пробудить духовную силу, окрылявшую некогда наших предков, или, как писал он сам, пробудить «другого», «внутреннего», «вечного Казаха», обессилевшего, но все еще живущего в нашей крови, в нашей душе.

Для себя путь к осуществлению этой цели он видел в создании   казахской мифо-лингвистической научной школы, цель которой – развернуть скрытую в казахском языке духовную информацию, реконструировать мифологию предказахов. Опровергая обыденное мнение о мифе как пустой выдумке, Серикбол приводит слова У.Салливана: «Миф – это ковчег, создатели которого преследовали  лишь одну цель – обеспечить счастье будущих потомков. Этот ковчег специально спроектирован так, чтобы перенести в будущее только самую необходимую для жизни информацию». Миф дает возможность понять нам нас самих: кто мы, откуда пришли и куда идем, что нужно нам, чтобы жить полноценно, осмысленно.

«Мифология – главный ключ, открывающий дверь в волшебную, священную, удивительно прекрасную страну, в нашу Вечную Родину, забытую нами».  С.Кондыбай  показывает несколько необходимых ступеней, ведущих к этой двери. Первая – реконструкция казахских мифологических представлений, начало которой положил он сам. Второе – развитие на этой основе всего комплекса казахских гуманитарных наук, в настоящее время представляющих нежизнеспособные клоны совковых версий западной науки, основанной на европоцентристской парадигме. Третье – развитие казахской гуманитарной науки должно создать идеи, методы, структуры и рычаги, необходимые для повседневной жизни (искусства и культуры на национальных основаниях, а также идеологии, политики). «Конечно, я далек от мысли, что нашел панацею от всех болезней нашего общества. Но эти простые действия, как я надеюсь, способны обуздать равнодушие и безответственность, охватившие нашу нацию», – писал С. Кондыбай.

Этими же идеями он руководствовался, создавая книгу «Казахская степь и германские боги». Неизбежен вопрос: может  ли достичь значимых результатов в сравнительном исследовании германо-скандинавской и казахской мифологии ученый с дипломом географа, не владеющий ни одним из германских языков и не имеющий доступа к научной библиотеке, в распоряжении которого лишь «Мифологический словарь», двухтомник «Мифы народов мира» и несколько сборников по истории, топонимике и т.п.? Как оказалось, может, если обладает мощным интеллектом, способным не только без остатка усвоить концентрированную информацию энциклопедических изданий, над созданием которых работал коллектив признанных в мировой науке специалистов, но и обнаружить бреши в, казалось бы, безупречно выстроенной логической системе, причина которых – «арийская болезнь» выпестованной за последние века индоевропейской парадигмы западной науки.  Конечно, при более благоприятном стечении обстоятельств результаты могли быть еще лучше. Это осознавал сам автор, об этом он раз упоминал в тексте – то с горьким сожалением, то с неподдающимся переводу юмором.

Отсутствие научной информации, отсутствие научной среды, невозможность получить компетентную оценку текстов – на все это обрекла его судьба, полученная С.Кондыбаем в возрасте двадцати семи лет тяжелейшая травма. Но, преодолевая боль от сломанного позвоночника и незаживавших до самой смерти ран,  преодолевая отчаяние от глухого молчания в ответ на публикуемые труды, в родном поселке Шетпе Мангистауской области Серикбол девять лет продолжал писать книгу за книгой. Потому что он страстно хотел, чтобы казахи могли на равных общаться с народами – творцами мировой истории и культуры, самое главное, чтобы казахи, наконец, обрели самих себя, вернули себе самоуважение и достоинство. Потому что вела его высшая сила – Любовь к своему народу, к своей стране.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*